Бельгийский связной Кулибаева

12.10.2018 10:28
shadow

В Европе опубликовано  расследование о превращении бельгийского девелопера в казахстанского нефтяного олигарха. История похожа на сказку,  которая, правда, быстро закончилась, а карета, как водится в таких случаях, превратилась в тыкву. Но для нас интересно в ней другое:  в списке действующих лиц не оказалось одного из главных игроков всей комбинации - зятя казахстанского президента Тимура Кулибаева.

По большому счету это обычная история для государств, в которых нанимают "собственников" для прикрытия, а само право частной собственности в принципе мутировало в сложную систему доверительного управления, оформленного в разных юрисдикциях. 

Так или иначе, мы решили восстановить эту очевидную несправедливость. Как-никак речь идет об одном из самых серьезных игроков казахстанского нефтяного рынка.

Плюс, к тому же, мы имеем дело с тем  редким случаем, когда месторождения на Каспии оказались в руках у национальной элиты, а не международной. Хотя и посредством бельгийского поданного.

Опасные связи

Девелопер Франк Монстрей (Frank Monstrey) получил известность в стране после того, как переделал Брюссельский ипподром в гольф-клуб (National Golf Brussels).  А на т.н. международный уровень вышел после того, как в 2004-м году приобрел нефтяную компанию «Жаикмунай» (с 2013 года она известна под названием Nostrum Oil & Gas).

Трансформация бельгийского девелопера в казахстанского нефтяника была тем более удивительна, что ТОО «Жаикмунай» представляло собой особую корпорацию. Оно было создано в 1997 году - в период, когда власти Казахстана пытались закрепить за национальными элитами природные ресурсы страны. Одним из проводников этой стратегии было правительство Нурлана Балгимбаева, которое находилось у власти ровно два года - с октября 1997 года по 1 октября 1999 года. 

Это был важнейший во всех отношениях период истории Казахстана, когда новой элите страны удалось показать и доказать свою эффективность. После чего начался тотальный разгром этого нового класса.

«Жаикмунай» и Балгимбаев

Нурлан Балгимбаев был профессиональным нефтяником, а его карьера сформировалась на предприятиях «Жаикнефти». Бывший премьер-министр пришел работать в нефтеперерабатывающее управление в 1973 году простым оператором, а ушел в 1986 году - главным инженером.

Позже Нурлана Балгимбаева пригласили работать в Министерство нефтяной и газовой промышленности СССР - ключевое для поздней советской экономики ведомство. Здесь не только принимались ключевые решения для отрасли, но и собиралась вся важнейшая информация о состоянии природных ископаемых в стране в целом и перспективных месторождениях Каспия  в частности. Эта информация оказалась в руках у руководства Казахстана при подготовке и заключении каспийских нефтяных контрактов, что позволило оперативно перевести переговорный процесс с крупнейшими международными нефтяными концернами с московского на казахстанский уровень.

ТОО «Жаикмунай» было образовано в марте 1997 года, одновременно с назначением Нурлана Балгимбаева на пост президента Национальной нефтегазовой компании «Казахойл». Закрытое акционерное общество "Национальная нефтегазовая компания "Казахойл" было создано в апреле 1997 года. Это был гигантский холдинг в который включили доли практически всех крупных предприятий нефтегазодобывающей отрасли Казахстана. Туда же вошла и "Жаикнефть".

В мае того же года компания получила лицензию на доразведку и добычу углеводородного сырья на Чинаревском месторождении, геологоразведочные работы на котором велись еще в советское время. А уже в октябре 1997 года компания заключает с правительством РК соглашение о разделе продукции (СРП) - не с международным концерном, а с группой акционеров, следы которых за два десятилетия окончательно затерялись и не упоминаются на корпоративном сайте компании.  

Напомним, что именно в октябре 1997 года пост премьер-министра страны занял Нурлан Балгимбаев, который курировал группу молодых реформаторов, впоследствии ставшими известными в качестве "младотурков". Это было сложное время, но правительство оказалось самым успешным за весь период независимости Казахстана. Не менее успешным оказался и проект «Жаикмуная».

Добыча на месторождении компании началась уже в октябре 2000 года и росла опережающими темпами. А в 2004 году компания начала монтаж оборудования для работы на месторождении - магистральных трубопроводов, нефтебазы, газоперерабатывающих заводов, электростанции, скважинных установок и прочих дорогостоящих объектов инфраструктуры.

Как раз в этот момент у компании и появился новый владелец - девелопер из Бельгии Франк Монстрей.  В этом же году о своем переходе в оппозицию заявил бывший генеральный прокурор РК Жармахан Туякбай - сват Нурлана Балгимбаева. Он стал центром мобилизации сил оппозиции на президентских выборах 2005 года, но в итоге ему удалось сыграть только лишь роль спарринг-партнера Назарбаева. 

Царство теней

По версии авторов материала «Скрытая Бельгия. Странная история Франка Монстрея" (Hidden Belgium: The Strange Case Of Frank Monstrey), опубликованного недавно группой безымянных авторов на сайте Open source investigations, Франк Монстрей выступал в роли фронтмена (публичной фигуры, скрывающей реальных владельцев) казахстанского оппозиционного политика Мухтара Аблязова, работавшего в правительстве Балгимбаева и возглавлявшего крупнейший в РК частный банк.

Якобы эта связь позволила в 2011 году удачливому бельгийскому инвестору  разместить акции «Жаикмуная» на Лондонской фондовой бирже (London Stock Exchange). И именно этим фактом, по мнению авторов, объясняется и обратная трансформация Монстрея - в апреле 2017 года он подает в отставку с поста члена совета директоров корпорации Nostrum Oil & Gas plc (под таким названием компания действует в Лондоне с 2013 года). Этой отставке предшествовало решение Высшего Лондонского суда, которое вводило ограничения на операции с активами Nostrum Oil & Gas.

Вывод авторов: Франк Монстрей попал впросак, так как связался с нечистоплотными людьми. Простая короткая история, которая представляет собой классический пример так называемой постправды - версии событий, представляемой в виде истины. Однако реальная история выглядит несколько иначе. Точнее сказать, совершенно по-другому.

Дело в том, что к моменту фактического ареста акций Монстрея в компании Nostrum сложился сложный баланс интересов различных акционеров. В 2010-м году 27% акций «Жаикмуная» получила KazStroyService Group, которая контролируется структурами и партнерами зятя казахстанского президента Тимура Кулибаева.

В интервью агентству Bloomberg в 2012-м году Монстрей (структуры которого на тот момент контролировали 28% акций) рассказывал о том, что «они (люди Кулибаева - ред.) хоть и не вовлечены в принятие оперативных решений, но помогают нам ориентироваться в местном ландшафте". 

Судя по тому, что на балансе компании в это время появляется целая россыпь новых месторождений Прикаспийской нефтегазоносной провинции (Ростошинское, Дарьинское и Южно-Гремячинское), ориентировались партнеры в местном ландшафте очень и очень неплохо. Впрочем, вряд ли кто-то в этом сомневался, учитывая негласный титул "нефтяного царя Казахстана", который закрепился за Тимуром Кулибаевым на Западе.

Покупка блокирующего пакета акций «Жаикмуная» структурами Кулибаева состоялась перед публичным размещением акций на бирже Лондона. После этого размещения котировки акций корпорации стали уверенно расти. Компания не выпускала для продажи на бирже новые акции. Их продавали старые (неназванные) владельцы, которые, таким образом, сумели не только узаконить на Западе свой капитал, но и неплохо заработать на росте котировок. 

Напомним, что к этому времени, Мухтар Аблязов (как, впрочем, и Нурлан Балгимбаев) были очень далеки от центра принятия решений в раздаче лицензий и месторождений.

Представители Тимура Кулибаева свое участие в проектах «Жаикмуная» не комментировали. Воздерживаются от этого и представители Лакши Миттала - основного партнера Кулибаева в корпорации KazStroyService. Тем не менее именно эти структуры и эти люди сейчас контролируют весь проект по добыче нефти на Северо-Западе Казахстана. И, похоже, собираются делать это вплоть до 2032 года. Ведь как раз на такой срок заключено соглашение по разделу продукции (СРП).

В свое время режим СРП был придуман для привлечения в нефтянку технологий и компетенций международных нефтяных концернов. Для них представлялся особый налоговый режим, который позволяет выплачивать в бюджет не налоги, а договорные суммы от прибыли. Сейчас весь этот механизм оказался в руках у команды Тимура Кулибаева.

Особые источники

Опубликованное расследование про "странный случай» нефтяника-девелопера Монстрея само по себе представляет не менее странный случай. "Open source investigations"  называет себя сообществом расследователей, которые опираются на открытые источники. Тем не менее в упомянутом расследовании фамилия Кулибаева (между прочим, владельца компании) просто отсутствует.

Почему не был замечен пресловутый "рояль в кустах", неизвестно. Зато хорошо известно о связи Open source investigations с героями другого казахстанского скандала с бельгийскими корнями - Казахгейта. Эту историю участники проекта рассказывают с позиции Патоха Шодиева - узбекского олигарха с бельгийским подданством и казахстанскими интересами.  И особо этого не скрывают.

Но в данном случае интересна очевидная связь между защитой интересов "евразийской" группы с интересами Тимура Кулибаева. Означает ли это полное поглощение «обществом тимуровцев» группы евразийцев или речь идет об оказании информационных услуг? В любом случае мы имеем дело с очень "странным случаем" информационной защиты, предпринятой Акордой на Западе.

Оставить комментарий